На вопрос, для чего он родился на свет, он [Анаксагор] ответил: «Для наблюдения солнца, луны и неба».
(Диоген Лаэртский, II, 10)
В конце концов, отказавшись от всего, он [Анаксагор] занялся умозрением природы, не тревожась ни о каких делах государственных. Его спросили: «И тебе нет дела до отечества?» Он ответил: «Отнюдь нет; мне очень даже есть дело до отечества!» – и указал на небо.
(Диоген Лаэртский, II, 7)
Анаксагор, потеряв сына, сказал: «Я знал, что породил смертного».
(Плутарх. «О подавлении гнева», 16)
[Анаксагор был изгнан из Афин.] Ему сказали: «Ты лишился общества афинян». Он ответил: «Нет, это они лишились моего общества».
(Диоген Лаэртский, II, 10)
Кто-то сокрушался, что умирает на чужбине; Анаксагор сказал ему: «Спуск в Аид отовсюду одинаков».
(Диоген Лаэртский, II, 11)
Антисфен
Антисфен из Афин (ок. 455 – ок. 360 до н. э.), ученик Горгия и Сократа, основатель философской школы киников, учитель Диогена Синопского.
Человека можно научить добродетели.
«Геракл» (фрагмент) (Диоген Лаэртский, VI, 12)
Характерным для мудрости является умение найти для каждого свой род мудрости, а невежеству свойственно к разным людям обращаться с однообразной речью.
Из сочинений о Гомере
Влюбленные часто обманывают и обещают невозможное.
Из сочинений о Гомере
Начало образования состоит в исследовании слов.
«О воспитании, или О словах» (фрагмент)
[О платоновских «идеях»: ] Человека и лошадь я вижу, а человечности и лошадности не вижу.
«Сатон» (фрагмент)
Глазами его [бога] нельзя увидеть, он ни на что не похож.
«Физика» (фрагмент)
Безвестность есть благо.
(Диоген Лаэртский, VI, 1)
Не пренебрегай врагами: они первыми замечают твои погрешности.
(Диоген Лаэртский, VI, 12)
Образованного и умного человека трудно переносить, так как неразумие – вещь легкая и необременительная, а разум непреклонен, непоколебим, тяжесть его неодолима.
(Филон Александрийский.
«О том, что всякий добродетельный человек свободен»)
Добродетель и для мужчины, и для женщины одна.
(Диоген Лаэртский, VI, 12)
Удовольствие – благо, но [только] когда оно не вызывает раскаяния.
(Афиней. «Пирующие софисты», XII, 513а)
Львы взяли слово, когда, собравшись на совет, зайцы потребовали для всех равноправия.
(Аристотель. «Политика», III, 13, 1284а)
Праздник – это повод для обжорства.
(Антоний и Максим. «Беседа о невоздержанности…»)
Следует домогаться удовольствий, которые идут за трудами, а не перед трудами.
(Стобей, 29, 65)
* С политикой следует обращаться как с огнем: не подходить слишком близко, чтобы не обжечься, и не очень удаляться, чтобы не замерзнуть.
(Стобей, 15, 28)
Не замечай ошибки старца: старое дерево бесполезно пересаживать.
(Антоний. «Беседы», XXXIII)
Невежественные люди похожи на бодрствующих в состоянии сна.
(«Ватиканский гномолог», 3)
* * *
На вопрос, какую женщину лучше брать в жены, он [Антисфен] ответил: «Красивая будет общим достоянием, некрасивая – твоим наказанием».
(Диоген Лаэртский, VI, 3)
На вопрос, что блаженнее всего для человека, он [Антисфен] сказал: «Умереть счастливым».
(Диоген Лаэртский, VI, 5)
На вопрос, что дала ему философия, он [Антисфен] ответил: «Умение беседовать с самим собой».
(Диоген Лаэртский, VI, 6)
На вопрос, какая наука самая необходимая, он [Антисфен] сказал: «Наука забывать ненужное».
(Диоген Лаэртский, VI, 7)
Узнав однажды, что Платон дурно отзывается о нем, он [Антисфен] сказал: «Это удел царей: делать хорошее и слышать дурное».
(Диоген Лаэртский, VI, 3)
Кто-то сказал, что война уничтожает бедняков; ‹…› Антисфен заметил: «Напротив, она их рождает во множестве».
(Стобей, 50, 11)
Когда его однажды хвалили дурные люди, он [Антисфен] сказал: «Боюсь, не сделал ли я чего дурного?»
(Диоген Лаэртский, VI, 5)
Когда Платон в своей школе о чем-то долго рассуждал, Антисфен заметил: «Не оратор является мерой слушателя, а слушатель – мерой оратора».
(«Ватиканский гномолог», 13)
Когда какой-то человек спросил Антисфена, чему надо учить сына, он ответил: «Если он собирается общаться с богами, то философии, если же с людьми, то риторике».
(Стобей. «Эклоги»)
Умер он от чахотки. ‹…› Однажды, когда он воскликнул: «Ах, кто избавит меня от страданий!», Диоген показал ему кинжал и произнес: «Вот кто». – «Я сказал: от страданий, а не от жизни!«– возразил Антисфен.
(Диоген Лаэртский, VI, 18)
Аристипп
Аристипп Киренский (ок. 435 – после 366 до н. э.), философ, основатель школы киренаиков; работал в Афинах, Сиракузах и Кирене (Северная Африка). Его сочинения не сохранились; возможно, он вообще ничего не писал.
Я везде чужеземец.
(Ксенофонт. «Воспоминания о Сократе», II, 1, 13)
Ни в коем случае я не ставлю себя в число тех, которые хотят властвовать. Трудное дело – добывать для себя самого что нужно; но лишь совершенный безумец ‹…› может, не довольствуясь этим, налагать на себя еще новое бремя – доставлять всем гражданам что им нужно.
(Ксенофонт. «Воспоминания о Сократе», II, 1, 8)
На вопрос, чем философы превосходят остальных людей, он [Аристипп] ответил: «Если все законы уничтожатся, мы одни будем жить по-прежнему».
(Диоген Лаэртский, II, 68)
На вопрос Дионисия, почему философы ходят к дверям богачей, а не богачи – к дверям философов, он [Аристипп] ответил: «Потому что одни знают, что им нужно, а другие не знают».
(Диоген Лаэртский, II, 69)
Кто-то привел к нему в обучение сына; Аристипп запросил пятьсот драхм. Отец сказал: «За эти деньги я могу купить раба!» – «Купи, – сказал Аристипп, – и у тебя будут целых два раба».
(Диоген Лаэртский, II, 72)
Человека, который порицал роскошь его стола, он [Аристипп] спросил: «А разве ты отказался бы купить все это за три обола?» – «Конечно, нет», – ответил тот. «Значит, просто тебе дороже деньги, чем мне наслаждение».
(Диоген Лаэртский, II, 75)
Заметив ‹…› Аристиппа, входящего вместе с сицилийским тираном Дионисием, [Антисфен] сказал: «Аристипп, если бы ты довольствовался такой пищей, как я, то тебе не пришлось бы следовать по пятам за тираном». ‹…› Аристипп возразил: «А если бы ты мог запросто беседовать с тираном, то не довольствовался бы такой пищей».
(«Латинская грамматика», VI)
Дионисий дал ему [Аристиппу] денег, а Платону – книгу; в ответ на упреки Аристипп сказал: «Значит, мне нужнее деньги, а Платону – книга».
(Диоген Лаэртский, II, 81)
Право же, щедрость никогда не разорит Дионисия [правителя Сиракуз]: нам, которые просят много, он дает мало, а Платону, который ничего не берет, – много.
(Плутарх. «Дион», 19)
Когда преподавание принесло ему [Аристиппу] много денег, Сократ спросил его: «За что тебе так много?» А он ответил: «За то же, за что тебе так мало».
(Диоген Лаэртский, II, 80)
Однажды Аристипп плыл на корабле; захваченный бурей, он сильно перепугался. Один из спутников спросил его: «И ты, Аристипп, трусишь, как все?» А он: «И с полным правом: вас эта опасность заставляет тревожиться за вашу бедственную жизнь, а меня – за мою блаженную».
(Элиан. «Пестрые рассказы», IX, 20)
Аристотель
Аристотель из Стагиры (п-ов Халкидика) (384–322 до н. э.), ученик Платона, воспитатель Александра Македонского, основатель школы перипатетиков. Его сочинения охватывают все области тогдашнего знания.
Об избрании [на государственные посты] всегда хлопочут не столько порядочные, сколько случайные.
«Афинская полития», 27, 4
* * *
Добродетель ‹…› есть некая середина между противоположными страстями. ‹…› Оттого и трудно быть достойным человеком, ведь в любом деле трудно держаться середины.
